Не так давно я уже писал о книгах Кинга — это был обзорный материал об омнибусе «Космические Волк», но в первую очередь я говорил о первом романе, входящем в состав сборника, под названием «Космический Волк». В целом о Рагнаровом шестикнижии мы тоже писали и там же обозначали одну из главных «опор» цикла — бэк, который со времён второй-третьей редакции изменился лишь в мелочах, но из-за чего книги Кинга сейчас, в эпоху восьмой редакции, язвительные комментаторы в интернете смело называют анбэком (несмотря на то, что книги Кинга никогда не получали клеймо Heretic Tome). Но для меня эти книги в первую очередь являются художественными произведениями и лишь во вторую — бэковыми, так что сегодня я постараюсь рассказать о том, что на мой взгляд мешает наслаждаться приключениями Рагнара.

Проблема #1. Слишком много справочного материала

Когда книги только начинали выходить, не сказать, что это являлось проблемой — литературы по сороковнику было мало, а для привлечения новичков во вселенную и знакомства с Космическими Волками романы подходили идеально. Но что если вы уже читали кодекс или более-менее разбираетесь во вселенной? Что если вы читали другие книги или пролистывали флафф-библиотеку? Ну, у меня для вас очень плохие новости: из раза в раз вы будете перечитывать одно и тоже. В лучшем случае треть книг, а в худшем половину можно выкинуть без какой либо потери смысла. Романы Кинга и так не особо объёмны, а если лишить их справочного материала, то они превратятся в средненькие повести.

С другой стороны, приём, с помощью которого Кинг раз за разом умудряется интегрировать в текст справочные материалы, не может не восхищать: юным космодесантникам после превращения часами грузили в мозг различную информацию, большую часть из которой они не осмыслили, но которая отложилась у них в памяти. И в любой момент времени они могут к ней обратиться: услышали слово «орк», тут же подгрузили сводку из мнемонической википедии, увидели навигатора — осознали значимость Домов Навигаторов в строительстве Империума. Но одно дело сказать об этом единожды и совсем другое — повторять какие-то факты из раза в раз, чуть ли не каждые десять страниц. Именно этим Кинг и грешит: его «сверхчеловеческие чувства сверхчеловека Рагнара» стали притчей во языцех. И это лишь самая запомнившаяся ремарка из множества употреблённых им.

Проблема #2. Все книги написаны от первого лица

Конечно, это хорошо способствует погружению и формированию идентичности с персонажем. Этот приём отлично работает в первой книге, когда Рагнар понимает, что вселенная больше острова его племени и моря вокруг него, но с трудом оправдывает себя в дальнейшем. Кинг раз за разом ищет способы того, как показать и рассказать о мире как можно больше, используя взгляд одного лишь Рагнара. В «Когте Рагнара» он приковывает героя к инквизиторам, вынуждая следовать за ними чуть ли не хвостиком. В «Сером охотнике» описывает космическое сражение не от лица капитанов кораблей, а от лица всё того же Рагнара, смотрящего на экран когитатора где-то на нижних палубах. Но эта изобретательность не оправдывает однобокость произведений, замкнутых на восприятии одного лишь Рагнара. В произведениях Кинга появляется множество персонажей, акцент на которых мог быть сделан, но этого не происходит. Они остаются нераскрытыми, а возможные столкновения героев и их мировоззрений не дают должного эффекта.

Проблема #3. Душевные самокопания Рагнара

Их так много, что это действительно в определённый момент становится проблемой для меня, как для читателя. Но возникает она из-за двух предыдущих. Герои сомневаются, это отличная черта для персонажа — осмыслять себя, свои действия и действия окружающих. Но у Кинга эта черта становится поводом для очередной порции бэка. Получается так, что он выдаёт некие противоречивые сведения об Империуме (и обо всём, что встречает на пути молодой Волк), даёт возможность Рагнару высказать их, но очень часто никак не подытоживает размышления. Рагнар не делает вывода, отчего эти внутренние размышления (которые очень часто являются информационной справкой) превращаются в информационный шум, который лишь обезличивает героя. С другой стороны, Рагнар уж слишком дотошно анализирует своё поведение, не давая читателю самому интерпретировать прочитанное. Он делает выводы за него, и в большинстве случаев это сказывается на повествовании не самым лучшим образом.

Проблема #4. Шутки (в том числе ниже пояса)

Кинг честно пытался создать из некоторых Космических Волков этаких добродушных великанов, всегда готовых разрядить атмосферу или отпустить остроту, но в итоге у него получились ни к месту гримасничающие истуканы. Большинство словесных перепалок Свена и Рагнара строилось на том, что они напоминали нечто, произошедшее с ними давно, и начинали ёрничать. Хоть как-то эти сцены начали работать лишь в «Сером Охотнике»: в коготь Рагнара пришли новые бойцы, и раз за разом они с недоумением взирали на эти перепалки и испытывали ровно то же, что и читатель. Возможно, Кинг понял свою ошибку и уже в «Волчьих Клинках» начал подобным образом шиппить новых героев — Торина и Хаэгра, постоянно заставляя Рагнара недоумевать над происходящем. С Хаэгром вообще забавная ситуация — этот комедийный персонаж кроме того, что был нарочито глуп, обладал неуёмным аппетитом. И именно поэтому Кинг (а потом и Лайтнер) начал регулярно обшучивать эту черту характера Хаэгра, но делал это настолько часто, что дай бог хоть одна десятая подколок вызывала комедийный эффект.

Апофеозом попыток Кинга пошутить разумеется стала сцена погони на багги из «Когтя Рагнара» (пьяные орки показывали жопы) и ряд предшествующих ей моментов (орк буквально помочился на Рагнара). Может это и забавно, но лично у меня оно вызвало лишь стыд, непонимание и возмущение. С другой стороны, трэшовость Кинга не сильно отличается от того, что примерно тогда же писал Сэнди Митчелл про комиссара Каина (и пахучего Юргена), и сейчас подобное уже можно начать вспоминать с нотками ностальгии: «А помните какой раньше ваха была? Я вот помню!» Но сильнее всего меня поразила следующая сцена, и я до сих пор не могу сформировать конечное к ней отношение. Грань между «по-абсурдному смешно» и «низко» здесь настолько мала, что её почти невозможно различить.

Рагнар с интересом смотрел на стыковку «Громового ястреба», который подлетел так близко, что через колпак кабины можно было различить черты лица пилота. «Должно быть, этот парень знает своё дело, — подумал он, — ведь пилот так сумел синхронизировать скорости обоих кораблей, что разница была не более десятка метров в секунду».
— Нет, я всё ещё хочу быть на передовой. Я просто уверен, что управлять подобной штукой очень здорово.
Свен посмотрел на него так, как будто его друг спятил:
— Если бы Император хотел, чтобы мы летали, у нас бы выросли ещё и крылья вдобавок ко второму сердцу.
— Не глупи, Свен. В таком случае и через варп мы бы прыгали, пуская газ из задницы.

С одной стороны я удивляюсь дерзости Кинга, что он это написал, а редакторы пропустили, с другой — почему он не пошёл дальше и не написал ещё несколько диалогов в подобном духе. А ведь он мог бы. И тогда бы уже это выглядело не так неуместно.

Проблема #5. Развитие второстепенных персонажей

В общем-то это проблема вытекает из той, что повествование ведётся всегда от лица Рагнара, но это никоим образом не оправдывает то, что Кинг совершенно забил на противостояние Рагнара и Стрибьорна. Желание этой парочки убить друг друга насыщало первую книгу цикла жизнью, заставляло с интересом следить за их противостоянием когда они были простыми жителями Фенриса и когда попали в лагерь для новобранцев. То, что Рагнар просто забыл эту вражду, не сделав никаких для себя выводов, кощунство по отношению к этому персонажу со стороны Кинга. Но при этом Уильяму отлично удавалось описывать образы. Свен, Торин, Хаэгр — отличные заготовки для героев, про которых можно написать книг не меньше, чем про самого Рагнара, но в конечном итоге Кингу не удалось сделать с ними ничего стоящего. То же самое можно сказать и про Мэдокса, космодесантника из легиона Тысячи Сынов и по совместительству главного антагониста всей серии — он ужасающее блеклый, и вся его характеристика сводится к одному желанию скорее прикончить Рагнара. И этот персонаж появился и «развивался» примерно тогда же, когда Макнилл начал рассказывать историю Железного Воина Хонсю.

С другой же стороны Кинг умудрялся создавать довольно интересные ситуации и хорошие диалоги: быстрая смерть «подающего надежды» волка-латентного псайкера, общение Рагнара с Кровавыми Когтями, знакомство с Торином… почему нельзя было писать так всегда?

Но даже несмотря на эти пять огромных и неприятных проблемных недостатков я с удовольствием прочитал все четыре книги. Если вы, как и я, не начали читать вархаммер с Кинга, то дайте ему шанс, а если вообще никогда не читали вархаммер, то скорее даже и не будете придираться.

Омнибусы на рецензирование предоставлены издательством «Фантастика Книжный Клуб» и магазином ffan.ru.