Образ Лоргара уже давно сложился у читателей вахаммы — выход «Первого Еретика» был подобен взрыву бомбы для тех, кто слабо интересовался личностями примархов и событиями «Ереси». Аарон-Дембски Боуден рассказал о переломном для Аврелиана в эпизодах падении Монархии и поисках новых Богов. Фактически Боуден возложил вину за «Ересь» на Императора, чем и бросил тень на непогрешимый образ Повелителя Человечества. Но Боуден описывал лишь точку зрения Лоргара, а значит оставил для других авторов возможность рассказать что-то ещё о вере примарха и о причинах, почему отрицание божественности Императора далось ему столь тяжело.

Колхида всегда находилась в зоне влияния Губительных Сил. Её жители истово поклонялись Богам Хаоса, искали способы задобрить Силы и пытались как можно точнее следовать их воле. Это был пустынный мир, 170-часовые сутки которого наложили огромный отпечаток на всех населявших его людей. Темпы технического развития сдерживались ограниченностью ресурсов, но зато колхидцы могли похвастаться обилием сект, культов и всевозможных религий. И совсем не удивительно, что в конечном итоге Лоргар стал для людей посланником Сил, оказался аколитом одной из множества сект под руководством Кор Фаэрона и в конечном итоге смог объединить весь свой мир силой Слова.

Очень сложно одной фразой описать, на что именно похожа Колхида. Гэв Торп проделал огромную работу, чтобы создать очень живой и самобытный мир, который одновременно отсылал и к Безумному Максу, и к Дюне, и даже в чём-то к «Пешкам Хаоса», но при этом являл собой нечто самобытное, выделяющееся на фоне своих прототипов. Большая часть повести как раз и оказалась посвящена взрослению Лоргара, тому, как он познавал мир, и тому, как он становился его частью. Но это и сыграло злую шутку с произведением: из-за затянутой экспозиции второй и третий акты получились очень скомканными, а пришествие Императора, которое Лоргар не раз проживал в своих видения, просто не влезло и в без того уже самую объёмную на данный момент повесть о примархах.

Не смотря на то, что каждая из повестей цикла рассказывает об одном из переломных моментах в судьбе конкретного примарха, эта выделяется даже на их фоне — за исключением десятка страниц флешфорвардов после сожжения Монархии, история представляет собой самое скурпулезное описание взросления примарха из всех существующих. Этим, конечно, может похвастаться и «Пертурабо», но в нём акценты изначально расставлены иначе. Повесть же Торпа призвана рассказать, что не только обида на Императора стала причиной предательства Несущих Слово — семена «Ереси» нужно искать на самой Колхиде, которая лишь деяниями Лоргара стала походить на незатронутый Хаосом мир.

Особенности колхидского календаря интересно накладываются на повествование: когда говорится, что герои шли куда-то всего пару дней, тяжело сразу сообразить, что этот путь занял две терранских недели. Ну а если про Лоргара говорят, что он в свои полтора [колхидских] года выглядит как взрослый мужчина, это вообще не вызывает вопросов: это же примарх, он взрослеет куда как быстрее обычных людей.

Если прошлые повести «крали» другие примархи, то говоря о «Лоргаре» можно смело заявлять, что повесть «украл» Кор Фаэрон, приемный отец Носителя Слова. Жестокий, импульсивный, надменный, но истово верующий в Силы и считающий себя их слугой, он надломил Лоргара ещё в детстве, да так, что тот так и не смог перерости свои деформации. Примарх развивался не по годам быстро и впитывал информацию как губка, ему не хватало социального опыта, чтобы научиться ориентироваться в повседневности на достаточном уровне. Спустя десятилетия он оставался всё таким же наивным и нуждающимся в наставлениях и объекте для веры. И поэтому до конца нельзя говорить о том, что из этого запрограммировал лично Император, а что Лоргар воспринял от Фаэрона и рабов, в обществе которых вырос. Фундаментом личности Аврелиана является вера, но не только она служила средством завоевания Колхиды: он пообещал рабам свободу. Из-за этого его Объединение несло не только религиозное измерение, но и социальное. А когда Император запретил сыну почитать себя как бога, Кор Фаэрон пришёл к Лоргару с предложением поиска Изначальной Истины, адепты которой лишь благодаря усилиям Первого Капитана могли жить и проповедовать на протяжении десятков лет.

Повесть Торпа очень сильно выбивается из всего того, что написано не только по вархаммеру, но и по «Ереси Хоруса». Здесь почти нет экшн-сцен, герои очень много общаются и спорят, а во главе угла находится взросление одного из величайших существ. Но сколь бы выдающимся не был Лоргар, он был воспитан глубоко верующими людьми. Воспитан с помощью кнута, который оставил раны на его психике, а не на теле. Это трагичная судьба взросления примарха, которая не вяжется с образами этих существ. Но в этом то и прелесть подобных произведений: они позволяют узнать, что же скрывается за этим образом, какие пороки снедают души великих, что доступно их взору, а что нет. Это очень нетипичное произведение, но именно тем оно и хорошо. Вопрос лишь в том, готовы ли вы к познанию человеческих слабостей у примархов?

Экземпляр на рецензирование предоставлен издательством «Фантастика Книжный Клуб» и магазином ffan.ru.