«На сцене весит болтер». Чеховское ружьё в романах по Warhammer 40000

На сцене висит ружьё.

Дэн Абнетт: ружье стреляет в конце произведения

Бен Каунтер: герой в самом начале снимает ружье и начинает отстреливать орков/демонов/тиранидов/космодесантников Хаоса

Гэв Торп: в разных произведениях на ружьё будут смотреть с разных POV

Аарон Дембски-Боуден: главный герой будет страдать от депрессии и трещины в черепе, но к финалу из ружья выстрелит

Петер Фехервари: «Ружье твоё. Так было всегда. Теперь собери его…». При этом ружье связывает между собой произведения и героев, осталось только дождаться, когда произведение опубликуют.

Ник Кайм: Ружье постоянно плюется огнем, падает и ломается, его из раза в раз чинят, но смотреть за этим все равно скучно

Гай Хейли: это ружьё моего отца. Как же он был не прав, когда повесил его на стену. Продам ружье, чтобы отомстить отцу и погасить ипотеку.

Дэвид Аннандейл: висящее на стене ружьё огромно, просто нечеловеческих масштабов. И его видно с орбиты

Грэм Макнилл: ружьё покрыто изящными рунами, от одного взгляда на которые начинает плыть перед глазами, мир распадается на геометрические фигуры, которые одним лишь своим видом вызывают тошноту, но при этом манят лживыми обещаниями невообразимых тайн и чудес

Джон Френч: герои смотрят на ружьё, по очереди описывается предыстория каждого из них

Энди Кларк: ружье попадает в руки к девятиклассникам, они из него стреляют

Джеймс Сваллоу: на стене весело металлическое ружье и блестело своими гранями, герои в безмолвии ожидали момента, когда орудие наконец-то совершит свой выстрел

Кристиан Данн: герои используют по очереди все виды ружий, что есть в кодексе героев. От выстрелов умирают все виды врагов, что есть в кодексе врагов.

Лори Голдинг: «Я много раз видел, как использовать ружьё. Не думаю, что можно облажаться в этом деле». Из ружья стреляют по тиранидам.

Роб Сандерс: герои берут ружьё с собой. Они перемещаются с мира на мир и в каждом случае делают по 1-2 выстрела

Сэнди Митчелл: у героя от страха зачесались ладони, и он взял ружье в руки. Если он выживет в заварушке, то скажет чтобы взял ружье чтобы обезопасить своих товарищей от надвигающейся угрозы

Крис Райт: подобное ружье можно найти на любом из миров, но от этого оно не теряет свою эффективность. Не то чтобы герой любил подобное оружие, но когда придет время — ружьё будет использовано

Пол Кирни: выстрел ружья взорвёт несколько блочных домов по соседству

Джош Рейнольдс: ружье выстрелит в конце каждого из романов трилогии. После завершения серии автор скажет, что ему, вообще-то, не нравится это ружьё и про него было неинтересно писать

Стив Паркер: Ружьё, в общем-то, было обычным рабочим ружьём, которое попало в самую гущу войны

Йен Уотсон: герой слегка коснулся отростка ружья. Стимуляции хватило, чтобы орудие возбуждённо хлюпнуло. Открывшийся сфинктерер исторг из себя кучу нечистот

Сценаристы Dawn of War: Ружья принадлежали прославленным Орденам Первого Основания, но теперь ими сражаются Кровавые Вороны

Уильям Кинг: нечеловеческий сверхчеловек схватился за основания ружья, но с трудом смог совладать с его мощью — ружьё было выковано для руки примарха. Во время битвы ружьё потеряется в варпе

Томас Пэррот: герой не xочет подxодить к ружью, потому что это Gewehr 43

Энтони Рейнольдс: редакторы BL очень довольны тем, как автор написал про ружьё. Жаль, что автор уже больше не работает с BL и не выпустит продолжение

Майк Брукс: из ружья будут стрелять, поддерживая друг друга, черная женщина-инвалид, небинарная фемперсона-изгой и угнетённый пси-мутант

Энди Смайли: вместо того, чтобы пытаться описать ружье, автор идет играть в настолку с шефами BL. Это более эффективно

Энди Чамберс: автор уже писал о ружье в кодексе, теперь он использует его в художественном произведении

Джо Паррино: ружьё оказывается импульсной винтовкой тау, залп из которой уничтожает роту имперских танков. После этого уже редакторы BL стреляют из ружья в автора, но тот успевает убежать

Стив Лайонс: это просто хорошее солдатское ружьё. Бьёт метко и не заедает, больше от него ничего не требуется

Робби Макнивен: автор увлечённо и с любовью описывает ружьё, после чего получает задание написать о ещё двадцати таких же и охладевает к своему делу

Г. С. Гото: автор случайно называет ружьё мультилазером. После этого он пишет несколько приличных историй, но в памяти читателей остаётся как дурачок с мультилазером